«Слепая монахиня сказала маме: «Не беспокойся, твой мальчик будет священником»


Завтра Предстоятелю Украинской православной церкви Московского патриархата исполняется 75 лет

Блаженнейший Митрополит Владимир принимает в эти дни поздравления с юбилеем от первых лиц государства, от прихожан, друзей. Каждая минута расписана. А месяц назад, когда многие издания и телевизионные каналы обращались к нему с просьбой дать предъюбилейное интервью, он согласился сделать это у себя на родине, в селе Марковцы Хмельницкой области, и пригласил журналистов в гости. Готовясь к поездке, я попыталась найти в интернете воспоминания Владыки о детстве и юности, о годах учебы, о людях, с которыми довелось встречаться. Такой информации крайне мало. Тем удивительнее оказалась та открытость и непринужденность, с которой говорил с нами Митрополит Владимир.

… Родительский дом митрополита в Марковцах никто не перестраивал. На стенах небольшой комнаты — семейные фотографии разных лет, большой портрет мамы и, конечно, иконы.

 — Сколько себя помню, они здесь находились, — говорит Владыка.  — Да и в доме почти все так, как было раньше. Мне всегда хотелось приезжать сюда, в Марковцы. А сейчас — особенно. Столько воспоминаний…

Группа журналистов с трудом разместилась в комнате, сидели даже на полу. Телеоператоры установили камеры. Блаженнейший говорит тихо, неспешно.

 

«Старенький священник привил мне любовь к поэзии»



 — Отец был рыбаком, а мама по дому управлялась, — вспоминает митрополит.  — Она вышла замуж в 16 лет и была намного моложе отца. В семье росло четыре хлопца: Михаил, Александр, Степан и я, младший. Так что маме пришлось тяжело работать на пятерых мужиков! Но, дал Бог, все были здоровенькие. Мы свой приусадебный участок сами обрабатывали, картошку выращивали.

- Вы рыбачили?

 — Да, очень часто. Один раз попросил у отца уключины от лодки. Мы целый день были на реке, купались, заплыли на середину, а затем я их… утопил. Соответственно, получил от отца порцию подзатыльников и по мягкому месту (смеясь). Мама плакала: «Что ты с ребенком делаешь?» А отец: «Сам знаю, как воспитывать!»

Здесь же, на Буге, я поймал по-настоящему большую рыбу, когда приехал со студентами семинарии на каникулы домой. Карпа вытащили здоровенного! Есть даже фотография.

- Почему из рыбаков получаются самые лучшие ученики Христа?

-  Бывает… Может, профессия благодатная.

- Как случилось, что свою жизнь вы решили связать с Церковью?

 — Просто с детства к Церкви были интерес и любовь: мы ходили в храм вместе с родителями. Мама, если к вечеру не слишком уставала, читала нам Евангелие. Папа одно время даже старостой храма был. Вся семья соблюдала посты. Жили дружно. Где-то в четвертом классе я пошел пономарить. Был в церкви священник старенький, царство ему небесное, протоиерей Сильвестр, который научил меня читать на церковнославянском. Потом иным добрым делам научил, в том числе и любить поэзию.

- Вы ведь пишете стихи… О чем?

 — В основном, лирические, о любви.

- Это о любви к Богу?

 — В первую очередь.

- А была у вас, возможно, еще любовь?

 — Возможно, была (улыбается). Как у всех бывает.

- Ваши стихи публиковались где-то или в перспективе увидят свет?

 — Я думаю, наверное, увидят… Что-то останется после смерти, и, может, кто-то захочет распорядиться…

Пять лет назад, к 70-летию Владыки, близкие решили сделать ему подарок — издать небольшим тиражом сборник написанных им стихов. Но Владимир это не благословил… Видимо, поэзия — дело очень личное.

- Говорят, вам предрекли будущее священнослужителя еще в детстве.

- Да. Напротив нашего дома, на другом берегу Буга, стоит Спасо-Преображенский монастырь, в котором меня крестили. Там жила слепая монахиня Архилая. И как-то в 1943 году мама привела меня в церковь. Монахиня положила руку мне на голову и маму взяла за руку, а затем говорит: «Раба божья, не беспокойся, из этого ребенка будет толк — он станет священником». Предсказание, как видите, исполнилось.

 — Зрение — великий дар. Не потому ли при некоторых церквях по вашей инициативе и при участии главного детского офтальмолога Украины Сергея Рыкова открыли кабинеты охраны зрения? Вы и дальше будете расширять эту работу?

 — Обязательно! Сколько несчастных людей, которых просто сломала жизнь из-за того, что они потеряли зрение. Ничего не видеть, конечно же, очень тяжело. И смотреть на это без слез невозможно. Мы пробуем помогать, покупаем аппаратуру. Люди записываются на консультацию на полгода вперед. Значит, это всем очень нужно.

- Чем является вера лично для вас?

 — Она открывает человеку невидимое, помогает найти ориентиры в жизни, и на веру надо всегда полагаться. Дальше идет любовь, потом — надежда! Как в Евангелии записано: «Волос с головы человеческой не упадет без воли Божьей». Это надо не буквально понимать, но это пример, который показывает глубину отношений между Богом и человеком.

Я не чувствую старости, слава Богу, и думаю совсем не по-стариковски, но годы — это годы, и слово Божье говорит: «Если тебе еще 70 лет — успеешь что-то сделать, а если 80, то уже умножаются болезни и труды». Сколько мне Господь отмерит прожить — не знаю, но хотел бы что-то сделать для Церкви в Украине. Верю, что все образуется, потому что жить в расколе — это великий грех.

 

«Варить красный борщ меня научила мама»



Место, которое Митрополит Владимир всегда посещает, приехав в Марковцы, — кладбище. Здесь могилы его родителей, братьев (совсем недавно, в октябре, из жизни ушел третий брат Блаженнейшего — Степан Маркиянович.  — Ред. ). Будучи человеком публичным, Владыка не всегда может прийти сюда один. Но даже под прицелом объективов он умеет уединяться, просто приложив голову к кресту на надгробие матери.

 — Я самый младший в семье, поэтому в детстве моим заданием было убирать хату, — вспоминает митрополит Владимир.  — Другим братьям — иное… Однажды я разленился, спать хочется, а мама просит помочь — что-то готовили на завтра, был какой-то праздник. «Я на этой кухне уже сгорел, — говорю, — не могу больше… » А мама мне: «Ты помогай. Если тебе в жизни что-то понадобится, то вспомнишь — и будет тебе большая польза от этого».

И вот, когда меня отправили в Женеву на Всемирный совет Церквей, руководство просит: «Владыка, вы бы угостили красным украинским борщом!» «Могу!» — отвечаю. Словно у нас в Украине нет ничего хорошего, кроме борща! Ну, сало еще…

Стал я готовить тот борщ. Но как только бураки опускаю — красный цвет совсем теряется. И не с кем же посоветоваться! Потом уже написал маме, поблагодарил, что наука ее пригодилась, и спросил, как сделать, чтобы борщ был красным. Мама прислала простой рецепт: «На горячую сковородку положить бурак, сбрызнуть его уксусом, пережарить — и цвет уже не исчезнет». А вообще, я любитель угощать!

- У вас была детская мечта?

 — Конечно. У всех есть. Кто не мечтает — тот не живет! Не только в детстве, но и в старости тоже.

-  А какая, если не секрет?

 — Секрет… фирмы.

- Мечта, которая в детстве была, исполнилась?

 — Да.

- Во многих церквях есть чудотворные иконы. А вам самому приходилось видеть чудо?

 — У меня была сложная ситуация: предстояло сдать очень серьезный экзамен, и от этого могла зависеть моя жизнь, работа. Я сам очень просил помощи у Богоматери перед чудотворной иконой. И получил на следующее утро то, о чем просил!

Люди приходят к иконам не обязательно на костылях, а потом уходят здоровыми! Дело не в костылях, а в душе, в сердце человека. После чуда он перерождается, становится другим.

Чудес много! Каждая из чудотворных икон, которые есть сегодня в наших церквях в городах и селах, это на самом деле чудо Божье, и тот, кто молится, кто просит, тот и получит.

- Каким занятиям вы посвящаете свободное время?

 — В свободное время я стараюсь посетить тяжелых инвалидов и тех, кто нуждается: помогаю хотя бы немного, если могу, то материально, а больше — духовной беседой. Посещаю тех, кто отбывает наказание. Самое тяжелое — бывать в женских тюрьмах: женщины все в отчаянии! Спрашивают: «Почему все люди грешат, а мы вот так наказаны?.. » — «Вас же, — говорю, — не зря сюда определили?» Ну и начинается… Иногда даже до очень неприятных вещей доходит. Так что эта миссия — нелегкая.

- К вам часто обращаются с просьбами о помощи?

 — Ежедневно. Есть люди действительно очень бедные, особенно сейчас: очень многие просят на лечение детей. Каждая семья тешит себя надеждой, что их ребенку сделают операцию и все будет хорошо. Слава Богу, что этому все верят! Есть копейка — даю, нет — молюсь за этих людей.

- Когда-то вы сказали, что жалеете о двух вещах: что не научились играть на скрипке и не выучили иностранный язык.

 — К сожалению. Сегодня много людей приезжает в страну, в том числе по церковной линии. Очень сложно общаться, не зная ни одного иностранного языка. Без языка как без языка! (Улыбается. )

Скрипку же люблю с детства. У нас был псаломщик по фамилии Нечерепило, который играл на скрипке и руководил хором много лет. Он брал в руки скрипку — и… ни один музыкальный инструмент нельзя с ней сравнить! Она действительно способна разбудить в человеке любовь, грусть, радость!..

- А мама пела вам песни?

 — Мама много пела — церковных, светских песен… И за работой, и во время отдыха. Помню, мы с мамой пели дуэтом: «Така її доля, о Боже мій милий… » Очень сердечно она эту песню исполняла и иногда плакала. И я тоже…

- Ваши одноклассники и сейчас живут в Марковцах. Встречаетесь с ними?

 — Конечно. Вспоминаю начальную школу здесь, в Марковцах, но теперь ее нет, к сожалению, потому что здесь нет детей. Вспоминаю семилетку в другом селе и Меджибож, где я учился с восьмого по десятый класс. Там директор хороший был. Конечно же, коммунист, атеист, но очень нежно относился ко всем, а ко мне особенно. Те, кто из сел приходили, жили в общежитии в бывшем поповском доме возле церкви, ведь из дому далеко было добираться до школы каждый день.

Нам удалось встретиться с некоторыми одноклассниками митрополита Владимира. Одна из них, Нина Добровольская, рассказала: «Чтобы вовремя прийти в школу, находившуюся за семь километров от нашего села, выходили затемно. Феодосия Ивановна, мама Владыки, очень переживала, чтобы мы не ушли голодными, давала нам с собой пирожки. Добрая была женщина. Но какой же в школе разразился скандал, когда там узнали о поступлении Виктора Сабодана  (имя митрополита Владимира до монашеского пострига.  — Авт. ) в Одесскую духовную семинарию! К нам, его одноклассникам, домой приходили какие-то люди, устраивали обыски, выясняли, почему мы никому не рассказали о его намерениях. Мы молчали, говорили, что ничего не знаем. Но было очень страшно».

- У вас есть любимая книга?

 — «Добротолюбие» называется, — продолжает митрополит.  — Это собрание высказываний всех святых отцов с четвертого столетия и до наших дней. Когда в Одессе поступил в семинарию, меня назначили заведующим библиотекой. Там были замечательные книги! Чтение мне очень много дало — любовь к литературе. Разной! Люблю очень Лесю Украинку. Даже не могу объяснить себе почему. Люблю Франко и Шевченко. Гоголя я читал еще в молодости, а теперь снова перечитал — в связи с его юбилеем. Он мне сейчас представляется совсем иным, нежели в детстве, — более зрелым, более духовным, даже каким-то предвидящим. Надо постоянно читать — для ума и сердца.

- А были какие-то предметы в школе, которые вы не любили?

 — Не любил математику… И не люблю сейчас.

- Почему?

 — Уж очень точная наука.

 

Ирина ДУБСКАЯ, «ФАКТЫ» (Марковцы—Киев)

22.11.2010

Проповеди Блаженнейшего Митрпоолита Владимира (Сабодана)

Музей Блаженнішого Митрополита Володимира

Цитати

«Про силу материнської молитви свідчить безліч прикладів із церковної та світської історії. Кожна мати розумом і серцем уболіває за своїх дітей не лише через органічну єдність із ними, а й через те, що ій дана від Бога благодать молитися і піклуватися про дітей своїх. Жодне материнське зітхання, жодна материнська сльоза не залишаються марними, не побаченими, не почутими небом»